>> Жизнь диктует свои суровые законы, в том числе и президентам. Думаете, Путин простит или забудет "Курск" нашим "либералам"?
>Зря Вы подходите к нечисти с человеческими мерками. Это мы с Вами можем прощать или не прощать. А у них другие категории. Возьмём, к примеру, Юрий Михалыча – очевидно, мужик всем всё «простил». Не прошло и года…

Макиавелли учил, что великие мира сего НИКОГДА не прощают обиды, и думать обратное есть тяжелая ПОЛИТИЧЕСКАЯ ошибка.
Теперь о всепрощении Ю.М. Ниже привожу его эссе (уж не обессудьте). Думаете там о всепрощении?

>> Я не очень высоко ставлю наши Органы, но "школа Собчака"?! Собчак - законченный болван, что от него Путин мог узнать нового, как он мог на Путина повлиять?
>Органы – это полное говно.

Не без этого.

>Разве я сказал, что Собчак – аристотель? Но работали они с Путлером в тандеме. Вы бы стали работать с Собчаком в тандеме? А Путлер работал.

Так я не гебешник и не разведчик. А их профессиональная обязанность работать с полным дерьмом и в говне.

>> Я не знаю, кто такой Путин.
>Плоховато.

Знаю. Но думаю, что лучше честно сознаться в неведении.

>> С другой стороны, Гитлер - тоже "рыночник", и что же?
>Я не знаю, кто такой Гитлер.(Но то, что гигантская фигура, - очевидно.)

Т.е. произнесение Путиным каких-нибудь либеральных лозунгов само по себе еще ни о чем не свидетельствует.

>> Тем более, что пока Путин только произносит либеральные лозунги. Это разумно, вы на его месте поступили бы по-другому?
> Ну ни фига ж себе – «только произносит»! А то, что Кремль благодаря Путлеру оказался забит самой озверелой либернёй – это как? Ну зачем было всяких илларионовых в Кремль пихать? Какая необходимость-то?

Не "оказался", а и был забит по самое дальше некуда.
Смысл в Илларонове очень большой. Он уже третий год клеймит Гайдаро-Чубайсов как скрытых социалистов...
Если Грефа и Илларионова использовать для нейтрализации "озверелой либерни", то это грамотный ход. Если же их действительно воспринимать, как стратегов реформ, то дело плохо. Лично я пока придерживаюсь первой версии.

>Естественно было бы на его месте заняться критикой «ошибок недавнего прошлого». Пошло, конечно, но сработало бы. Не стал...

Нельзя. У него обязательства перед Ельциным. Но не это главное. Против него сразу бы мобилизовались ВСЕ либералы всех оттенков (т.е. почти вся номенклатура). А врага надо бить по частям.

>> Просто Путин наиболее уязвим со стороны СМИ, вот его и атаковали с этой позиции.
>Ну, дедушка Ельцин был куда более уязвим – достаточно было просто протоколировать его на видеоленту и пускать в эфир безо всяких комментариев, молча. Однако, дедушку «жалели».

Дедушка платил ИМ регулярную дань, и ему благоволили (хотя и презирали). Но как только он делал НЕ ТО, то его секли в СМИ беспощадно, вплоть до полного его исправления.

>А здесь что-то непонятное происходит: ни Дума, ни «сенаторы», ни «оппозиция», ни Запад не имеют к президенту никаких существенных претензий. Я, как известно, не сторонник conspiracy theories, но ведь что-то странное творится…

СТРАХ! Страх смены правящего класса. Ниже привожу характерный либеральный стон "Параход для элиты". Верхи и их челядь боятся чистки ... Сильно боятся. Больше всего на свете.

>> Не обижайте КПРФ. Зюганов не очень внятно, но поддержал НТВ против "русского Пиночета". Что-то Вы тут недопоняли.
>Я в курсе. Так именно поэтому Глеб и привлекает их на strana.ru. Иначе бы он просто проигнорировал комми.

Не думаю, что только поэтому. Даже полагаю, что его не статусные "коммунисты" интересуют. Павловский создает новое политическое поле, удобное новой власти, разумеется.

>> Довольно странно. Компромисс Путина и НТВ возможен только за "ваш" счет. Ведь Путина формально обвиняют в попустительстве "фашЫстам-антисемитам".
>Ммм… Не понял. За счёт ликвидации Нас он и отмажется от этих обвинений.

Не отмажется! Для НИХ важен их собственный кусок (в частности, продолжение кредитования государством "Моста"), а идейная борьба - это дело второе. Думаете, либеральную общественность утешило, если бы в соседней камере с Гусинским сидел бы Баркашов? Отнюдь. ОНИ скорее вспомнили бы право Человека на любые убеждения, пусть и противные Порядочным людям.
А вот добившись компромисса с властью, высокие Стороны на праздничном обеде в честь "национального согласия" обязательно торжественно съедят каких-нибудь фашЫстов, чем и скрепят совй сердечный союз Прогрессивных сил. Западу на радость.

>> А причем здесь НТВ, какое отношение оно имеет к "независимым" СМИ? С таким же успехом можно выступить в защиту "Свободы" или "Голоса Америки".
>«Независимым» - значит «независимым от Кремля».

С этим все в порядке. "Свобода", "Голос Америки", ВВС, "Немецкая волна" ... Куда уж независимее от Кремля? А сколько российских СМИ получает прямые и косвенные дотации от Запада! Такой "независимости" у нас море. Тут беспокоиться пока не о чем.

>> Для примера могу вам напомнить, что именно либералы-правозащитники хотели в свое время ввести лицензирование интернета (помните соответсвующее лобистское выступление главы Полит.ру Модеста Колерова?). Если бы у них этот проект прошел, то Норг законно существоать не смог бы. Так то вот.
>Ошибаетесь, этот проект касался только домена ru.

Просто руки у НИХ коротки.

>Мерзавец пытался придавить конкурентов по интернет-новостной нише. Их развелось слишком много – любой лушпан может завтра открыть очередную новостную ленту, просто заполняя её материалом, уворованным с Полит.ру, СМИ.ру, Интерфакса, РБК и ИТАР-ТАСС. На ТВ подобному бизнесу препятствует логотип телекомпании в углу экрана, а в инете такой фичи нет.

Думаю, это формальная либеральная отмазка. По проекту закона подлежит лицензированию как СМИ любой сайт, обновляемый не реже раза в год.

============================================================
"Известия" №186 (25778) от 03.10.2000, cтраница: 2

Андрей КОЛЕСНИКОВ
Осенью 1922 года, почти 80 лет назад, по маршруту Петроград - Штеттин отбыл знаменитый пароход, целиком заполненный представителями русской интеллигенции, которые были признаны безнадежными с точки зрения Советской власти. Все они дешево отделались, потому что их не расстреляли. Хотя перед отплытием каждый подписал свое персональное "приложение ї 6": если любой из пассажиров парохода появлялся на границе Советов, к нему могла быть применена высшая мера революционной защиты - расстрел.

Советская власть была в высокой степени заинтересована в создании своей элиты и проявляла готовность частично формировать ее не только из буржуазных "спецов" (технарей, специалистов по финансам и т.д.), но и из старой интеллигенции. Тем не менее многие представители дореволюционной элиты решительно не поддавались перевоспитанию, хотя ко многим из них неплохо относились. Философа Николая Бердяева, например, после допроса, который вел лично Феликс Дзержинский, даже доставили домой на автомобиле. Время было позднее, на улицах свирепствовал бандитизм, Феликс Эдмундович беспокоился за здоровье Николая Александровича...

Вот и сейчас пришло время пересчитать по головам политическую элиту, экспертов и журналистов на предмет их соответствия требованиям нового времени. Все дело в том, что, как пишется в одной из аналитических записок Фонда эффективной политики, "элита отвергла в момент кризиса государство... власть уже знает, что она брошена своей элитой". Согласно этой логике государство и народ оказываются по одну сторону баррикад перед лицом общей опасности - политической элиты и политических комментаторов. Ситуация нетерпимая и даже "страшная". Отсюда вывод: "Необходима некая форма общественной инициативы по ротации элит".

В другом документе, автор которого Глеб Павловский, тот же самый процесс называется чуть иначе: "Пора строить упорядоченную сцену публичной политики". Это уже о СМИ пореформенного периода. Их, как и элиту, тоже надо ротировать, потому что они оставили после себя ужасное наследие: "опозоренное предпринимательство, погубленные профессиональные кадры".

И, наконец, последняя составляющая грядущей ротации - на воображаемый философский пароход должны быть погружены и отправлены куда подальше эксперты, особенно столичные. Они, по словам главы экспертного управления президента Симона Кордонского, не обладают "предметными знаниями в каких-то областях, важных для власти".

Итак, подведем итог. Смена элит, СМИ, экспертного сообщества создаст правильную среду для правильной власти. Не только пиво должно быть правильным.

По большому счету, если на минуту отвлечься от некоторой агрессивности тех, кто задумал тотальную смену элиты, их идеи отражают реальные процессы, которые и без того происходят в политике, журналистике, науке. Кадры ротируются абсолютно естественным образом. Меняются команды во власти - до определенной степени меняется и все остальное.

Если в околовластных сферах до поры до времени было слишком много Березовского с Гусинским, то их меняют на совсем другие комбинации - становится много других очень крупных предпринимателей. Если при одной команде в высоких кабинетах трудятся одни эксперты, то при смене кадров меняется и экспертная монополия. Нет ничего странного или противоестественного в том, что на смену тройке нападения Георгий Сатаров - Александр Лившиц - Михаил Краснов приходят Глеб Павловский, Симон Кордонский, Максим Мейер. Одна монополия на политические советы сменяет другую. Но проблема в том, что от этого она а) не перестает быть монополией и б) никому, кроме Советской власти, еще не удавалось насильственным путем ротировать политическую и экспертную элиту. Супермонополии в этой области не может быть - это не железные дороги с электричеством.

Поэтому рано или поздно начнется демонополизация и в сфере политического консультирования, планирования и раздачи советов оптом и в розницу. Собственно, процесс и так уже пошел, потому что не могут же одни и те же консалтинговые центры решить все задачи разом. Кому-то в том же Кремле ближе ФЭП, другим - "Никколо М" или Центр политических технологий, которые все чаще подряжаются властью для исполнения конкретных политических заказов. Монополия размывается.

Поэтому надеяться на тотальную ротацию элит не стоит. Еще не построен новый философский пароход. Все остаются в одной лодке.


============================================================
"Известия" №186 (25778) от 03.10.2000, cтраница: 9


Дед

Юрий ЛУЖКОВ
Эта публикация необычна. Тем, что "Известия" печатают сегодня не газетную статью, а литературное произведение, а также тем, что автор этого произведения более знаком нам в другой роли. Мы видели его на стройках, митингах, заседаниях и партийных съездах. Сегодня Лужков впервые выступил как писатель.

Публикуемый "Известиями" рассказ - первый опыт Юрия Михайловича на ниве "чистой литературы".

Скажу вещь, которая, может быть, вас удивит. Сейчас много людей, умеющих как следует вкалывать. И совсем мало таких, кто способен к тому же и отдыхать. Работают на износ. То есть ходят, конечно, в казино и сауны, ездят куда-нибудь "оттянуться". Но все это - допинги, а не культура, потребительство, а не искусство отдыха и восстановления, куда у меня, например, кроме футбола и верховой езды входит еще много чего. Скажем - только не удивляйтесь, - пасека.

Не знали? Да, держу пасеку за городом. Люблю там бывать. Не только для того, чтобы за пчелами ухаживать. Но и просто так. Сейчас поясню.

Понимаете, когда сидишь один или с друзьями прямо рядом с ульями, то... Вся атмосфера на пасеке какая-то очень спокойная. Трудно даже сказать, в чем дело. Но такого покоя, сосредоточенности, такой (извините за высокий стиль) философской глубины созерцания нет нигде. И что интересно: вот произношу эти слова - "философия, созерцание", - обычно они ассоциируются с какой-то мрачной серьезностью, а тут - легкость, веселость, как бы даже кайф, хотя я не люблю этого слова.

Ну что, казалось бы, если рядом копошится пчела? А ты - человек! На твоей стороне интеллект, интуиция, способность абстрактно мыслить. Все преимущества. Но природа, оснастив человека такими дарами, отняла что-то самое главное: способность различения важного и неважного. Какая-то гонка засасывает, не дает заняться чем-то главным, единственным. Начинаешь, что называется, мельтешить.

А вот когда находишься среди нескончаемой пчелиной работы (пьешь чай или так отдыхаешь), то все постепенно встает на свои места. Нет, скажу по-другому: ощущаешь себя будто владельцем огромного богатства, которое не измеряется никакими рублями, словно тебе вручен ключ от сокровищницы самой жизни. И вот сидишь у входа - еще не вошел, но уже можешь ни о чем не тревожиться.

Конкретнее? Ладно. Встаешь, идешь к улью. Смотришь на пчел, когда они на нижнем летке машут крылышками, выгоняя воздух с парами воды. Берешь пригоршнями этот воздух и вдыхаешь. Он насыщен ароматом многоцветия. Это такой дар земли, такой божественный нектар, который, может быть, неведом большинству людей. Это не одеколон, не Davidoff или "Фаренгейт". Это сама природа. От нее не пьянеешь, не впадаешь в дурноту. От нее приходит спокойствие и, думаю, здоровье.

Так что если кто из читателей сейчас морщится: мол, что за высокопарность, теперь так не пишут, где тут ирония, - отвечу: знаете, дорогой, речь идет о моем личном пространстве. Как чувствую - так и рассказываю. А вы, как говорят по телевизору, можете кнопку не нажимать.

В общем, удивительное это место - пасека. А уж когда приходят друзья, все становится еще занимательнее. Размышления сменяются беседой - неторопливой, размеренной, рассудительной. О людях, о пчелах. О нашей среднерусской медоносице, которая является, на мой взгляд, самой лучшей и которую теперь приходится защищать от всяких охотников заменить ее на какие-то гибридные, или итальянские, или украинские.

А между тем эта наша среднерусская красотка (раз уж зашла о ней речь) лучше всего приспособлена для проживания в местном суровом климате. Ведь тут жизнь пчелиной семьи так же трудна, как крестьянская. Зимой пчелы сидят в гнезде, обогревают матку. Нет, вы только представьте себе хотя бы такую деталь: рабочая пчела всю долгую зиму не ходит, извините, в туалет. А ведь чем ниже температура, тем больше меда приходится есть, чтобы сотворить тепло. К весне бедняжке становится трудно удерживать эти шлаки.

Человек по-разному помогает пчеле. Утепляет ульи, говорит: оставайся на зиму! Пусть будет хоть минус тридцать - я тебе помогу. И чтобы пчеле стало легче, использует разные приемы и технические достижения. Я, например, чуть-чуть подогреваю улей. Причем даже летом - чтобы ночью не выпадала роса. А уж с наступлением холодов просто устанавливаю регулятор на плюс 5, и он мягко добавляет тепло - чтобы клубок, который образуют пчелы, не распадался и они легче перенесли нашу длинную зиму.

Российский пчеловод - изобретатель по природе. Точнее, исследователь. Казалось бы, занятие древнее, что тут придумывать? Предки давно все испробовали. Ан нет, мы без конца друг с другом встречаемся, делимся, рассказываем о новых приемах и опытах. Может, теперь все изменится: начнут, как на Западе, скрывать и патентовать каждую дырку от бублика. Пока этого нет.

Сейчас задача, над которой я работаю, - сделать улей сухим. То есть еще больше поглощать воду, используя современные технические средства. Когда в улье сухо, пчела чувствует себя лучше. Это все знают. Не знают, как сделать, чтобы пчела приняла эти средства, не отторгала их. И вот в такой неспешной работе - которая мне особенно нужна, потому что основная связана с бешеной гонкой за проблемами, - в те редкие часы, когда удается остаться на пасеке, я по-настоящему наслаждаюсь.

Иногда в нашу компанию попадают удивительные люди. Об одном таком визите как раз хочу рассказать.

Сидим мы как-то с друзьями, только приехали, поставили чай. Вдруг один говорит:

- Ну ладно, мне некогда. У меня там дед в машине, надо отвезти. У него, между прочим, день рождения.

- И сколько же лет твоему деду? - спрашиваем.

- Да девяносто пять.

- Ого! И как он? Еще ходит?

- Да, нормально. Кстати, тоже был пчеловодом в свое время.

- А чего ты его не привел? Мы бы его поздравили.

- Да стесняется. Говорит: все-таки начальство.

- Ну и дурак же ты. Иди и скажи: приглашаем. Спиртного не держим, но чай хороший гарантируем.

Приятель ушел и вскоре вернулся, ведя за собой высокого, сухопарого - не сказать старика, а скорее человека в летах. Во всяком случае, шел он довольно бойко. Стали знакомиться. Я смотрел на него с удовольствием. Конечно, время проделало свою работу. Но по живости лица, внимательному взгляду и четкому выговору было трудно представить, что перед тобой человек, который водил пчел еще в двадцатых годах уходящего столетия.

А между тем это так. Мы, конечно, мастера раскрутить на разговор любого собеседника. И здесь сработали довольно толково: дед разговорился. Стал вспоминать, обнаружив и память, и ясную мысль. А уж когда разговор зашел о пчелах - вообще оживился. Было видно, что беседуешь с человеком, действительно много работавшим на пасеке.

- А я всегда сажал медоносы! И говорю: без них нельзя. Надо, чтобы у пчелы постоянно была работа. Пчела начинает дурить, когда нет работы. Начинает злиться. Появляются преступные наклонности: разбои, грабежи, нападения. Все как у людей.

Было приятно его слушать. Говорил он языком, конечно, не нашим, в его речи не встречались слова типа "кайф" или "оттянуться", зато попадались какие-то забытые, старомодные выражения. Тем сильнее поражала ясность артикуляции.

Как всегда в таких посиделках, темы прихотливо цеплялись друг за друга. Когда речь зашла о ройливости среднерусской пчелы, дед вдруг начал меня экзаменовать:

- А как вы ловите рои?

- Как все, - говорю. - Вот буквально утром отловили крупный рой. Сел на ветку. Взяли большую лестницу, подставили корзину и стандартным способом - тряханули и ссыпали весь этот рой.

- Ну ладно, - не отстает дед. - А если бы рой сел выше?

- Конечно, - говорю, - это проблема. Но вот недавно был случай. Рой поднялся на высокую елку. Сидел несколько дней. И дождик вроде шел, а он не слетал. Что делать? Нашли пустой улей, поставили внизу. Положили на крышку рамку с медом. И разведчицы, видимо, не нашли другого варианта. Рой сам, без нашей помощи, слетел в этот улей.

Тема казалась исчерпанной, но дед все больше возбуждался:

- А хотите расскажу вам способ, которым пользовался много раз, и всегда получалось? Как раз в таких случаях, как вы говорите: рой упрямый, сидит высоко. Мы однажды с напарником вконец измучились и вот что придумали. Взяли большое зеркало. Нашли медный таз, в каком варенье варят. И насос у нас был типа велосипедного...

Дед сделал паузу, как опытный рассказчик. Стал тянуть чай. Вся компания напряглась, внимательно следя за его движениями. Люди собрались бывалые, но зачем пчеловоду зеркало, таз и тем более велосипедный насос, угадать бы никто не смог.

- И вот, - продолжает старый пасечник, - подходим к дереву. Примериваемся. Потом по счету "раз, два, три" мой напарник резко наводит на рой солнечный луч! Я в это время что есть силы бью палкой по тазу! И тут же мощной струей обливаю пчел водой!!!

Мы остолбенели (это буквально: застыли в той позе, в какой кто был). А дед продолжает - как песню поет.

- Часто у нас получалось с первого раза. Пчелы, считая, что разразилась гроза, падают вниз. Рефлекс срабатывает. И тогда уже в траве их собираешь, ищешь матку - в общем, все как полагается. Но главное, не было случая, чтобы нас постиг неуспех.

Конечно, присутствующие посмеялись над этим способом, больше похожим на выдумку плюшевого медвежонка Винни-Пуха, о котором я читал вслух своей маленькой дочке. В какой-то момент уже казалось, что дед сейчас подмигнет и спросит, как в телевизионном "Блеф-клубе": "Ну что, верите, что это правда, или нет?" Но он стал раскланиваться со старомодной почтительностью:

- Уж не обессудьте. И не подумайте, что я все придумал. Мы такой способ использовали много раз и всегда получали добрый результат. Так что если возникнет ситуация, может быть, вспомните. А может, расскажете кому-нибудь.

Он двинулся за внуком по тропинке. А я, глядя им вслед, почему-то стал думать о том, как изменилось соотношение правды и лжи в нашей сегодняшней жизни. Еще недавно казалось, что противопоставление этих понятий - основа нового строя. Верилось, что мы разрушили советскую власть именно потому, что больше не можем жить по лжи. Думалось: если руководитель начнет говорить правду, держать слово, выполнять принятые решения - это сделает его политиком новой формации. Оказалось, все не так.

Блеф стал не только литературной модой. Лгут управленцы, функционеры, военные - лгут и добиваются результата. Дезинформация, заказной компромат, манипуляция общественным мнением стали самой эффективной методикой достижения успеха. Не работа, не конкурентоспособность, не верность слову, а вранье без зазрения совести - действенный инструмент в новой системе. Нам говорили: демократия обеспечивает правдивую информацию. Оказалось, ничего подобного. Нас уверяли: гражданское общество защищает людей от наветов и произвола. А на поверку - новая система не имеет даже того, что было при советской: общественного мнения.

Если бы все это можно было списать на пережитки социализма, не было бы проблемы: подождем, переживем. Но зайдите в русский политический Интернет. Его не было при советской власти, а там сегодня шагу нельзя ступить, чтобы не вляпаться в такую среду, где уничтожена сама идея правды как ценности. Сама ложь стала идеологией: деза, шантаж, провокация отстаиваются как наиболее уважаемые приемы политического инструментария. Куда ж дальше? Чего ж больше?

Мы думали: когда народ опущен, его надо поднимать. А эти "эффективные политики" сделали другой вывод: если народ опущен, им надо соответственно управлять. Неужто они думают, что у аморальности нет дна? Не знают, во что упрутся...

Однако я заболтался - это дед разворошил своим веселым рассказом. Между тем он все еще шустро шел в горку живым, легким ходом, как бы демонстрируя мне какой-то иной, упущенный способ жизни. Где нет этой грязи, этой чертовой политики. Где мужики занимаются простым чистым делом и доживают в здравом уме и теле до девяноста пяти, черпая силы от меда. И от того спокойствия, которое дает пасека.

* * *

* Биография.

Мэр Москвы. Родился 21 сентября 1936 года в Москве в семье рабочего-плотника.

Жена - Елена Батурина, предприниматель.

Отец четверых детей.

Окончил Московский институт нефтехимической и газовой промышленности им. И.М. Губкина в 1958 году. Имеет около 40 изобретений в области химии.

* * *

Миром правят писатели

Многие государственные деятели прошлого прославились на писательском поприще. Так, великий римлянин Юлий Цезарь вошел в историю не только своими военными победами, но и "Записками о галльской войне", которые справедливо причисляются к лучшим образцам античной прозы. В разных литературных жанрах пробовали себя просвещенные современники и корреспонденты Вольтера - прусский король Фридрих II и российская императрица Екатерина II, которая была настоящей графоманкой: собрание ее сочинений насчитывает 12 томов! Когда один знакомый Вольтера упрекнул его за бесстыдное восхваление писательского таланта "северной Семирамиды", тот с наивным видом ответил: "Что делать, друг мой! Я человек зябкий, а русские шлют мне такие превосходные шубы..."

Из политиков ХХ века можно вспомнить об Уинстоне Черчилле - лауреате Нобелевской премии по литературе за художественно-исторические произведения. А товарищ Сталин писал не только широко читавшиеся научные работы (по национальному вопросу, о проблемах языкознания и др.), но и стихи. Даже Ленин, необычайно плодовитый теоретик и публицист, стихов не писал. Из других советских руководителей заметным драматургом был Луначарский, а поэтом, открывшимся для публики уже после смерти, оказался Юрий Андропов. Среди современников-"вождей" выделяется президент Чехии, драматург Вацлав Гавел. Что же касается нынешней российской правящей элиты, то в ее рядах никого активно пишущего стихи или прозу пока замечено не было...

Николай ЕВГЕНЬЕВ