№ 1 (3) февраль 2000 г.Ярослав Бутаков
Белая Могила
Ак-Мола — “Белая могила” — название столицы независимого Казахстана. Новые правители дали ей для благозвучия наименование Астана, т.е. просто “Столица”. Очевидно, есть что-то символическое в том, что Назарбаев перенес свою резиденцию в город с исконно зловещим именем. Опомнившись, он решил искоренить из исторической памяти неприятные ассоциации, связанные с этой местностью. Но природу нельзя обмануть...
По переписи 1979 г. казахи составляли 38 % населения “своей” республики. В 1987 г. их было уже около 45 %, в основном за счет более высокой рождаемости. Сейчас, по различным компетентным оценкам, казахи в Казахстане составляют от 55 % до 65 % населения, и уже не столько благодаря неуемной плодовитости, а по причине вытеснения “нетитульных” народов за пределы страны. “Мягкая” этническая чистка, предпринятая режимом Назарбаева, принесла свой результат — казахи теперь в большинстве и могут уверенно называть Казахстан своим “национальным” государством.
Средствами этнической чистки служат: ограничения при приеме русских на государственную службу и в высшие учебные заведения, неравная оплата одинакового труда, другие формы явной и скрытой экономической эксплуатации русских, безнаказанность казахов за преступления по отношению к русским, запрет большинства культурно-просветительных русских организаций и т.д. Главами администрации всех областей и большинства районов Казахстана с преобладанием русского населения являются казахи. Казахи составляют 87 % служащих высшего и среднего звеньев госаппарата, 73 % учащихся в вузах. По данным независимых источников, средний доход русского в Казахстане втрое ниже среднего дохода казаха. Русские, выезжающие из Казахстана, встречают непреодолимые трудности при продаже недвижимости, которую вынуждены отдавать казахам фактически за бесценок. Любая коммерческая организация, чтобы быть зарегистрированной, должна иметь руководителем казаха. Тем самым русские фактически лишены возможности добиться серьезных успехов в бизнесе, зато казахам предоставлены все условия для паразитирования на русском труде. Финансирование сфер квалифицированного труда, где ключевая роль всегда принадлежала русским, резко ограничено. Наконец, русские — единственная в Казахстане национальность, которая лишена права на культурную автономию. Ей фактически отказано в праве на национальную идентификацию. Большинство деятелей русского национального движения посажены режимом Назарбаева в тюрьмы. Казахские “правоохранительные” органы свирепо взыскивают за правонарушения с русских и в то же время подчеркнуто лояльны в этом плане к казахам. По неофициальной статистике, казахи, представляющие ныне этническое большинство, составляют лишь 41 % заключенных в местах лишения свободы. Положение оставшихся в Казахстане немцев, греков, поляков, украинцев и других европейских народов в целом не лучше, чем русских. Просто русские, в силу своей относительной многочисленности, составляют фон белого населения этой страны.
Я лишь вкратце изложил пункты, по которым русские (и вообще белые) подвергаются в Казахстане этнической (вернее — расовой) дискриминации. Этого можно было бы не делать, если бы т.н. “патриотические издания” здесь в России уделяли данной проблеме подобающее внимание. Но пока серьезную тревогу трубит только “Славянское Единство”, для многих же других казахи остаются чуть ли не “евразийскими братьями”, стремящимися, якобы, к воссозданию единого союзного государства (т.е. того же антирусского “Совка”). Да, в Казахстане, в отличие от Чечни, нету белых рабов, нет рабовладения, и режим в целом более “европеизирован”. Да, этнократия в Казахстане, в отличие от Прибалтики, не узаконена ни одним юридическим документом, является как бы негласной, а русские не имеют формального статуса “некоренных” и не лишены гражданских прав. Но со всем этим этнократический режим Назарбаева является для русских не менее тяжким и вынуждает к массовой эмиграции, даже при отсутствии жестких форм притеснения. Здесь мы имеем дело со столкновением совершенно чуждых друг другу цивилизаций. Просто русским невозможно жить с тем примитивным уровнем культуры, который характерен для кочевого народа.
Если вы бывали в Казахстане перед “перестройкой”, совершите путешествие туда еще раз, и вы увидите, как деградировала эта страна. Большинство промышленных производств простаивает, многие города и рабочие поселки превратились в развалины. В Каратау — всесоюзном центре добычи фосфоритов, где в 1989 г. проживало 50 тыс. человек, сейчас осталось не более трети. Линия Турксиба в Южном Казахстане раньше была окаймлена густой цепью земледельческо-садоводческих оазисов. Нынче же большинство садов вырублено, арыки засыпаны, а основанные русскими в пустыне процветающие села застроены уродливыми юртоподобными особняками “новых казахов”. Произошло обычное: варвары-кочевники разжирели на дармовом хлебе, предоставленном им бескорыстными цивилизаторами, и теперь вознамерились диктовать им свой образ жизни... Сейчас Казахстан проживает остатки материального богатства, созданного русскими тружениками, и вынужден жить за счет сдачи в аренду Байконура, импортируя при этом из России почти все необходимые энергоресурсы (кроме газа). Тут бы его и поприжать хорошенько. Так ведь нет...
Ситуация в Казахстане (как и в Киргизии) отличается от ситуации в других республиках Средней Азии. Здесь русские изначально составляли этническое большинство, поэтому задачей номер один для сепаратистов объективно стало, как в Прибалтике, именно вытеснение русских. Однако это отнюдь не помешало режиму Назарбаева стать “большим другом” Кремля. Последнее можно было бы понять, если бы российское руководство использовало эмиграцию русских из Казахстана для увеличения населения собственной страны. Однако русскому вынужденному переселенцу в РФ практически невозможно получить статус беженца, тогда как этим правом широко пользуются всякие чечены, цыгане, даже афганцы и косовские албанцы. За последние десять лет из Казахстана в РФ переселилось свыше 3 миллионов русских. Более 90 % из них сделали это на свой страх и риск. Можно думать, что эмиграция была бы более массовой и поставила бы Казахстан на грань катастрофы (ведь русские там работают в передовых отраслях экономики, где казахи в силу своего природного склада работать не в состоянии), если бы вынужденные переселенцы получали в России соответствующие льготы.
Никакой победой в Чечне российское руководство не поднимет своего рейтинга у русских националистов, если при этом будут нагло игнорироваться проблемы русских в соседних псевдогосударствах, если “дружба” с баями будет иметь приоритет над нуждами наших соотечественников, оказавшихся под иноземной оккупацией. Что касается нас, то наше отношение предельно ясно. Во-первых, ни одно государство, образовавшееся за счет развала исторической России, не является для нас легитимным, и нормы международного права на такие “государства” не распространяются. Поле нашего действия — вся Россия, т.е. все то, что когда-то носило такое название. Во-вторых, существование режима, строящего свое благополучие на приниженном положении белых людей (особенно русских) является, с нашей точки зрения, преступлением против человечества и человечности, и должно адекватным образом караться. Будем действовать в соответствии с этим, и тогда Ак-Мола в самом деле станет Могилой, вырытой для псевдогосударственности номадов.
