# A август 2000 г.
Российское начальство: нищета без блескаВ последнее время начались (в том числе и через генпрокуратуру) "наезды" на московское начальство - дескать оно нарушает единство страны тем, что установило жёсткий режим регистрации для приезжих. Заявления эти особенно пикантно выглядят на фоне страшнейшего взрыва в переходе на Пушкинской. И конечно же, всё это не случайно. Более того, маловероятно, чтобы подобный нажим на Лужкова осуществлялся бы без согласования с президентом.
Да, вряд ли подобные заявления (которые, не дай Бог, ещё воплотятся в дела!) прибавят популярность Путину и проводимой им федеральной реформе. Просто непонятно - какие мотивы руководили нашим "Иваном Калитой", когда он принял решение облегчить проживание здесь "ордынцев"? Возможно, хитрый расчёт, свойственный великому политику 14 века, заложившего-таки базу для единения земель русских ценой сложнейших интриг?
Сомнительно. Очевидно, здесь снова проявилась недюжинная "сообразительность" российского начальства. У нас оно традиционно неуклюже и склонно сочетать благие намерения с совершенно неумным способом их воплощения на практике (помните: "хотелось как лучше, а получилось как всегда"). Логика чиновников, в том числе, и самого главного из них, наверное, кажется им железной - единство страны надо сохранять и укреплять, а коли так, то зачем обособлять один регион от других. Столь "гениальная" формула, конечно, абсолютно верна, но лишь для страны, в которой Центр не ведёт столь ожесточённой войны с многочисленными и коварными сепаратистами одного из регионов. Тут хочешь не хочешь, а придётся вводить какие-то ограничения, анормальные в мирное время. Похоже, однако, наши кремлевские стратеги этого не "догоняют".
Не "догоняют" они и того, что Лужков может очень многое выиграть, используя страх москвичей по отношению к приезжим с Кавказа. Некогда у него и так сложился имидж чуть ли не националиста, отважно борющегося с кавказской преступностью, чему способствовали регулярные рейды ОМОНа на московские базары. Имидж этот, естественно, дутый, но последние события могут раздуть его ещё больше.
Неудивительно, что нынешняя партия власти выбрала своим символом медведя - симпатичного, но неуклюжего зверя. Хорош зверь, хорош, да символом России надо бы не его взять. Приносим медведю извинения, однако, сейчас (по крайней мере, сейчас!) русским лучше уподобиться волку - стремительному, собранному, хитрому.
А бюрократия наша не хуже любой другой, просто ей не надо власти столько давать. Бюрократ, он ведь должен выполнять распоряжения внешней по отношению к нему инстанции, желательно - Государя. Собственно говоря, любой чиновник воспитан в духе исполнительности, особая инициатива ему и не нужна, её должны проявлять те, кто бюрократией руководит, кто принимает какое-либо властное решение и заставляет управленцев его реализовать. Когда же принимать властное решение предоставляется самой бюрократии, она, в силу своей малой склонности к творчеству и инициативе, превращает всё совершено правильное в нечто правильное не совсем, а то и совсем неправильное.
Исправить дело может лишь национальная революция. К власти должны прийти молодые русские волки, составляющие не очередною бюрократическую партию, но рыцарский, кшатрийский орден. Они сломают старую государственную машину и превратят нынешнее многочисленное и неповоротливое чиновничество в крайне немногочисленную управленческую группу, быстро и эффективно выполняющую решения Вождя и окружающих его советников.
