# A август 2000 г.
От редакцииДиву даёшься - насколько согнула людей нынешняя прозападная, либерально-капиталистическая Система. Смотришь - был Человек, переживал, боролся, о сдаче в плен и не думал, и вдруг - нате вам, пожалуйста. Не человек - а слизень, покорно бултыхающийся в грязи ради сотни-другой каких-то вшивых долларов. Ну это еще ладно, а очень многие "из патриотов" никуда не уходили. Просто превратили национальную борьбу в источник доходов, тянут деньги из соратников и в ус не дуют. Время от времени подобные "бойцы" отделываются каким-нибудь "великим и ужасным" заявлением и - снова в уютный тенек. Есть "усталые", наплевавшие на борьбу в связи с наличием таких вот описанных выше "вождей", разочаровавшиеся во всем. Они не на многим лучше, ведь мерзость и глупость одних не дает права складывать оружие другим.
Оставшиеся (по-настоящему) тоже производят (за немногими исключениями) весьма тяжкое впечатление. Кто вдарился в оккультизм, кто ограничивает борьбу исключительно крестными ходами, кто сводит ее к бесконечному плачу по поруганной России и таким же бесконечным проклятиям в адрес врагов.
Надоело! Надоело видеть занимающихся ерундой и захлебывающихся в собственных слезах вперемешку с соплями. Надоели по-бабски истеричные, беспочвенные "национал"- интеллигенты, все эти тюрко- и германофилы, национал-большевики и неоязычники, оккультисты и "конспирологи". Не менее надоели "ветхие" монархисты с их тысячепервым требованием канонизации Николая II и глубокомысленным почесыванием добродетельных бороденок. И уж совсем обрыдли многообразные патриоты-унтерменши, вообще не задумывающиеся о конкретной идее, а только кроющие (тупо и неинтересно) инородцев и иноверцев.
Все это не страшно Системе, она даже заинтересована в существовании разнообразных ублюдков. Она тщательно культивирует образование многочисленных партиек, сшитых по собственным образцам. А патриоты наши в сотый раз наступают на одни и те же грабли, впадая из одной крайности в другую. Одну из них можно, условно говоря, назвать консервативной, другую - революционной. Первая предполагает тупое и бессмысленное воспроизведение старых и ветхих, давно уже изживших себя форм. Вторая - отказ от того содержания, которое содержится в отживших формах. И в том, и в другом случае заметно отсутствие гибкого, диалектического мышления, всегда присущее истинным ариям. Наблюдается южная женственная истеричность, стремление слепо и с визгом вцепиться во что-нибудь одно, невзирая на веление воли и доводы разума. Мышление нынешнего националиста настолько же однообразно, насколько однообразна южная, выжженная солнцем пустыня - и это даже в том случае, если он громко расписывается в своем арийстве.
Преломить ситуацию может лишь революционный консерватизм, творчески преодолевающий недостаточность как одной, так и другой стороны общего целого. Наше движение спасет лишь синтез противоположностей. И тот, кто сумеет осуществить его по-настоящему реализует в себе мужское начало, призванное подчинять все - в том числе и противоположное друг другу.
Нет, речь ни в коем случае не идет о синтезе правой и левой идеологии. Разные идеологии потому и появляются, что возникают неустранимые различия во взглядах на жизнь. Соединить можно объекты, находящиеся в сфере внимания различных идеологий. Так, нельзя примирить монархизм и либерализм (что-нибудь одно поглотит другое), но можно сочетать принцип самодержавия с принципом корпоративного представительства и местного самоуправления. Нельзя скрестить традиционализм с большевизмом, но очень даже можно совместить сильное самодержавное государство с активной социальной политикой. Нельзя соединить национализм и либерализм, но можно сочетать жесткую национальную дисциплину со свободой личной жизни.
Революционный консерватизм пытаются утвердить давно, но все попытки потерпели крах именно в результате непонимания его сути. Соединяли принципиально неподдающееся соединению, то есть враждующие друг с другом идеологии. Соединять же нужно отслеживаемые этими идеологиями социальные и экономические процессы.
Много вреда здесь принес национал-большевизм Дугина и Лимонова, пытавшихся соединить русскую традицию с безродным коммунизмом. В результате верх взял коммунизм, растворивший в себе все национальное. У данных идеологов национализм присутствует лишь как апелляция, как пустые, ничего не значащие слова. Значим же для них лишь советизм, принявший несколько иные формы - вместо пролетарского интернационализма - евразийство, вместо атеизма - "традиционалистский" экуменизм. Одно, впрочем, осталось неизменным - это варварский, пролетарский коллективизм "четвертого сословия", последней касты слуг.
Таких людей мы отказываемся понимать. Но мы не понимаем и тех, кто вместе с грязной водой пытается выкинуть и самого ребенка. Справедливо обличая дугинщину и лимоновщину многие праворадикалы вообще отказываются мыслить в новом направлении и часто впадают в банальный гитлеризм, представляющий сегодня вчерашний день правой идеи.
Знамя консервативной революции лежит, выпавшее из покрасневших рук разного рода дугиных. И мы не желаем оставлять его валяться в пыли века сего. Мы объявляем себя правофланговыми революционного консерватизма и обещаем превратить наше издание в боевой орган русской новой правой. Мы - новые реакционеры и наша реакция придет не в косоворотках или эсэсовских касках. Она придет во всем черном и во всем новом - грозная, невиданная, беспощадная.
Победа или смерть!
Все силы - национальной революции!
